December 26th, 2018

20 лет в народной песне

Был у нас когда-то концерт-спектакль - сначала русских духовных стихов, потом он же вырос в театрально-мистериальный хоровой проект «Песни о смерти». Потом параллельно собралась и отпочковалась рождественская программа. И если в своих первых попытках народного многоголосия я манила себя надеждой, что сейчас возьму людей из перфоманс-труппы и тренинга и научу петь - то со временем сменила тактику. Ибо у меня всё получилось. Но такими усилиями, что в итоге я устала и поняла, что титанические затраты, которыми я держу любительский хор в рамках нужного уровня пения, все же меня изматывают. Каким же облегчением было мне потом взять и просто спеть с готовыми поющими и уверенно чувствующими себя в музыке людьми - Адрианом Гусейновым и Юлией Теуниковой. Это был отдых, наслаждение, счастье, полёт.
Мы были не на шутку увлечены. Хотя совместное пение народных песен в любой соответственно настроенной компании - это всегда незабываемое переживание - на многие годы и для всех. Даже если участники начинающие, даже если некоторая часть из них только впервые начала попадать в ноты, да и то не во все - всё равно получается что-то волшебное. Кстати, это занятие не такое легкое даже для музыканта. Держать свой голос в многоголосии - это отдельный навык, который надо долго в себе нарабатывать. Но научиться уверенно и чисто петь можно. Просто это не месяц и не год. Из той моей компании несколько человек постепенно музыкально выросли и остались в музыкальной и народной теме. Лена Калагина, например. Десять-пятнадцать лет напряженной практики рядом со мной и постоянной необходимости напрягать слух и строить голос - и вот она уже на равных выходит на сцену с бэк-вокалом. Еще в наших радениях участвовал Олег Аревков - теперь он член коллектива «Петров вал» и постоянно поет с ним и отдельно на всех фольклорных фестивалях и народных тусовках, записывает диски. До сих пор продолжаем дружить. Лена Нечипоренко стала участницей чудесного коллектива Нины Коляды «Лучина».
Рождественских народных концертов состоялось всего два или три, но они были истинным удовольствием и оставили след на всю жизнь.
Как и наши следующие «Песни о смерти» с Адрианом же плюс Димой Парамоновым, Наташей Жеренковой, Олегом Аревковым и Леной Калагиной. Мы уже были крутым, мощным, потрясающим до глубины души хором. Можем и повторить. :-)
Вот здесь подробнее об этом периоде
Жаль, с тех пор не собирались: не хватает сил и внимания сразу на много разных проектов. А могли бы, ох, могли! Зато у Адриана после этого возникла и выросла его собственная группа Ихтис, которая исполняет этот и подобный репертуар, и уже записала два диска, активно выступает и снимается на ТВ. Увлечение продолжается и приносит много счастья тем, кто его любит и практикует.
Кстати, мы втроем с Леной Калагиной и новой участницей, примкнувшей к нам после вокально-инструментального интенсива, Елизаветой Львовой, сыграем вам новую программу народных песен первого февраля в Питере, в клубе Ящик.

А сейчас предлагаю посмотреть, может, и несовершенную, но очень трогательную съемку нашего уникального рождественского концерта. 12 лет назад.

Мороз по коже и шпагат каждый день

Мороз по коже пробежал много раз. Видела эту телефонную съемку несколько лет назад и вот опять. Какое счастье было бы в юности в таком поучаствовать! А не вспоминать с содроганием кошмарные и унылые "литературно-музыкальные композиции" на патриотическую тему, которыми нас травили и душили. Ведь отняли же детство, гады. А потом догоняй упущенное всю жизнь. Когда вот можно было так. Руководитель - герой, ангел, трудяга.
Кстати, вспомнила, как недавно слышала "самый массовый госпел-хор". Это был, к сожалению, кошмар и фейспалм до синяков. Чтобы человеки пели, их надо годами учить, растить в атмосфере творчества, раскованности, поддержки и интереса к музыке.
А набрать неподготовленных людей с улицы, надавать им сложных партий и слушать, как они рвут глотки зажатыми тембрами и фигачат мимо - мало доблести, а удовольствия совсем ноль.
И да, выплывает психологическая тема. Что пение - это любовь и свобода. Хотите - считайте это громкими словами. В натуральном физиологическом смысле свобода. Если человек покорежен и зажат - горло и пах, челюсть и плечи - как у большинства советских людей, выращенных в неестественной атмосфере запретов, насилия и подавления - то петь нормально невозможно. А на победу над зажимами уходят годы работы. Вернее, годы - для тех, кто смог их увидеть и осознать, и у кого хватило мотивации эти годы вложить в свое исцеление. А остальные так и живут. Хотя они тоже хотят петь, и даже как-то что-то могут - к сожалению, выправить искаженное гораздо труднее, чем изначально не ломать. Кроме того, всем и всегда надо "точить ухо". Непрерывно сосредотачиваться на своем звуке, уточнять и внутренне регулировать сложные психофизические процессы, которые в итоге позволяют взять и чисто попасть в ноту, а не сделать это криво и мимо. Как лучник должен каждый день тренироваться и сосредотачиваться, чтобы раз за разом стрелять точно в цель. Чуть поленился тренироваться - теряется форма. Как гимнастке надо каждый день тянуть свои шпагаты и регулярно "чистить" движения своего танца. Тело растет, оно каждый день немного стареет, обновляется, меняется, а поем и танцуем мы через тело. Поэтому нужно все время систему подправлять и подстраивать. И заодно непрерывно тренировать сугубо специфическое внутреннее внимание.
А уж когда людям нужна длительная многолетняя индивидуальная работа по элементарному обучению и преодолению многочисленных сложностей, просто схватить их и бросить в бой - это не дело и не результат в итоге.
И про любовь. Пение - это излучение огромной силы. И надо, чтобы было, что излучать. Если песня будоражит всё внутри - значит искусство происходит и любовь бьет лучом и фонтаном. Люди светятся.
А если петь _заставляют_ - как нас заставляли нестройно мычать какие-нибудь мерзкие лживые патриотические и строевые песни - то будет мертвяк. И нормальные дети будут не сливаться в неподдельном, искреннем, сверкающем экстазе, а кидать жеванные бумажки, совать мусор друг другу в карманы, подкладывать кнопки, ржать лошадьми и будет им все "как об стенку горох".
Посмотрите, какая в норме должна быть молодежь. Свободная, красивая, без напомаженности и натянутости. Ничего не срежиссировано. Никаких специальных костюмов и напряженного стояния в строю. Берется многоголосная музыка, которая им нравится, при этом достаточно сложная, мелодичная и яркая. И происходит ее естественное переживание. Они просто поют, светят и искрятся истинной красотой. Попутно поправляют волосы, смеются, кто-то почесывается, кто-то обнимается - они никак не работают на камеру. Это просто их жизнь. Счастливая и настоящая.