August 26th, 2006

(no subject)

А И Б
Когда готовишь к выпуску новый диск, каждый раз на последней стадии (примерно в течение двух недель) происходит вот что: каждый день по несколько раз слушаешь всё от начала и до конца в разном порядке. Каждый день созвон со звукорежиссёром, каждый день с ним встречаться чтобы взять и прослушать диск с исправлениями нюансов записи и сведения (эти промежуточные диски потом пачками хранятся, выкинуть рука не поднимается). Невнимательно слушать нельзя. Думать о постороннем нельзя. Эдакая медитация. Параллельно ничего делать нельзя, разве что только шить. Я кучу всего за это время сшила-починила-переделала. Кусками слушать нельзя. Нужно прослушать всё полностью, чтобы ощутить, как воспринимается именно этот порядок песен, все переходы эмоций. При этом воображать, что ты слушаешь это не в сотый раз, а в первый, и что ты вообще посторонний человек. Хорошее упражнение. Песни от этой процедуры "каменеют" - перестают ощущаться как нечто своё, что ты в любую секунду можешь родить-убить-изменить. Они становятся Явлением Природы. Которое именно такое и никакое другое совершенно независимо от тебя. Как дети, которые росли-росли - и вдруг чужие. Встречаешь потом в черновиках варианты текста, выброшенные куплеты и ощущаешь удивление, неужели такое возможно? От порядка песен довольно существенно меняется общий посыл и впечатление. Через некоторое время уже охота слушать пропадает, но пока нет окончательного результата - прекратить нельзя. Когда мне знакомая сказала "да что ты паришься, сложи в шапку бумажки с названиями и вытащи жребием" - я чуть не вспылила. Параллельно идут ежедневные обсуждения вариантов обложки. В общем, понимаю я, почему я потом никогда не слушаю своих записей. И почему Феллини не пересматривал свои фильмы...